Святой патриарх Тихон: без лукавства и святошества

В эти дни в храме Христа Спасителя в Москве проходит Архиерейский Собор Русской Православной Церкви, созванный, чтобы рассмотреть целый ряд важнейших вопросов церковной жизни. Почти тридцать лет назад подобный Собор принял решение о канонизации патриарха Тихона — удивительного пастыря, во многом принявшего на себя удар самых страшных годов атеистического лихолетья. К 100-летию возобновления патриаршества на Руси вспоминаем и мы, каким необыкновенным был святитель.

Святитель Тихон

 

«Он же антисоветчик!»

Архиерейский Собор 9–11 октября 1989 года, проходивший в московском Даниловом монастыре, был приурочен к празднованию 400-летия установления патриаршества в Русской Церкви. Именно на этом Соборе было принято решение о канонизации святителя Иова — первого русского патриарха, избранного в 1589 году, и патриарха Тихона — первого предстоятеля Церкви после восстановления патриаршества Поместным Собором 1917–18 годов.

Для большинства верующих людей Советского Союза канонизация патриарха Тихона была актом смелым и чрезвычайно прогрессивным. Если личность святителя Иова на тот момент представлялась малоизвестным «преданьем старины глубокой», то фигура патриарха Тихона была, в общем-то, широко известной. И канонизация его стала шагом, как сейчас говорят, «неполиткорректным».

«Канонизация патриарха произвела на народ ошеломляющее впечатление, — вспоминает Сергей Беляев (археолог, историк, сотрудник Института всеобщей истории Российской академии наук, при участии которого были обретены святые мощи патриарха Тихона). — Надо помнить, что основу населения Советского Союза составляли люди, которые всю свою сознательную жизнь прожили в эпоху богоборчества. Когда был поднят вопрос о канонизации Патриарха Тихона, даже в церковной среде раздавались возгласы опасения: «Да вы что! Он же антисоветчик!»»

Журнал «Красная деревня», 1923 год, публикация о патриархе Тихоне

По мнению Сергея Беляева, тогда, в конце 1980-х, для верующих канонизация патриарха Тихона, безусловно, давала надежду на возвращение России к её историческим корням: «Он был знамением старой России; старой в смысле жить по евангельскому завету — это добро, порядочность, честность, любовь к людям и к своей Отчизне. И для того поколения, для тех людей, которые всё это видели и пережили, для них канонизация — это было нечто чудесное, неожиданное, как дар Божий».

В то же время, для многих православных, в особенности тех, кто знал подробности большевистских гонений на Церковь, праздник этот был с оттенком грусти. Канонизация патриарха Тихона, как и вообще канонизация новомучеников, началась в Русской Православной Церкви слишком поздно. Несмотря на то что сведения о пострадавших за веру при советской власти начал собирать ещё Поместный собор 1917–18 годов (ведь первые кровавые расправы над верующими начались сразу после Октябрьской революции, с убийства в Киеве священномученика Владимира Богоявленского), вплоть до конца советского периода ни один из новомучеников не был «вслух» прославлен Церковью.

Почти 60 лет — с момента воссоздания Московской Патриархии в 1944 году — церковная иерархия публично отвергала само существование гонений за веру в СССР. В этом смысле канонизация патриарха Тихона была запоздалым, но честным шагом на пути к исторической правде.

 

«Богобоязненный без лукавства и святошества»

Личность патриарха Тихона не укладывается в рамки традиционного житийного стиля. В образе святителя нет гладкости и сусальности, присущих многим дореволюционным архиереям. Патриарх был выходцем из духовного сословия, то есть был священником далеко не в первом и не во втором поколении, однако многие из сохранившихся свидетельств о нём резко контрастируют с рассказами о «кастовом» духовенстве старой России. Выражение архимандрита Тихона (Шевкунова), использованное применительно к подвижникам веры нашего века, — «несвятой святой», — вполне можно было бы отнести и к святителю Тихону.

По словам современника, с детства Тихон был «богобоязненным без лукавства и святошества». Его однокурсник, впоследствии протопресвитер Константин Изразцов, миссионер в Южной Америке, вспоминал о нём: «Во всё время академического курса он был светским и ничем особенным не проявлял своих монашеских наклонностей. Его монашество после окончания академии поэтому для многих его товарищей явилось полной неожиданностью».

Известно, что в общении Тихон был прост и доступен. «Недавно я взял на себя смелость посетить Его Святейшество Патриарха Тихона и был им принят без особенных предварительных хлопот и препятствий, — писал корреспондент харьковской газеты в 1918 году. — …Его Святейшество, благословив меня, пригласил сесть и мимолётно взглянул на меня. Взгляд тихий, добрый… в то же время как бы робкий. Заговорил Патриарх… Голос простой, негромкий, обыкновенный, я бы сказал — «обывательский»».

Святейший был не чужд светской культуры, читал художественную литературу. Врач Эмилия Бакунина, наблюдавшая его в последние дни жизни, вспоминала: «Когда он чувствовал себя лучше, то много читал, сидя в кресле у кровати. Читал Тургенева, Гончарова и «Письма Победоносцева»».

Подчас Тихон легче находил общий язык со светскими людьми, нежели с монашествующими. Выпущенный в 2007 году издательством ПСТГУ двухтомник «Современники о Патриархе Тихоне» содержит много свидетельств того, как Святейший легко устанавливал контакт даже с теми людьми, кто плохо знал церковный этикет и побаивался иерархии. Так, И.И. Василевский рассказывает о духовном концерте, на котором должна была выступать светская актриса О.Л. Книппер-Чехова. Ольга Леонардовна очень волновалось, так как выступать нужно было в храме, а в числе присутствующих был сам патриарх. Устроитель концерта разыскал Святейшего перед началом и, рассказав о том, как нервничает актриса, просил его разрешения представить её. Патриарх согласился, и когда актриса подошла к Святейшему, он «благословив, сказал ей тут же, без предисловий: «Ну вот, говорят, вы что-то пугаетесь нас. Не пугайтесь. Мы не очень-то уж страшные. Успокойтесь, всё пройдёт хорошо», — и он с разговорами увлёк её в зал, где предложил ей место рядом с собою, так что она, сидя рядом с Патриархом и беседуя с ним, прослушала всё первое отделение концерта».

Есть свидетельства о том, что патриарх Тихон был страстным «кошатником». «Но вот из внутренних архиерейских покоев выходит… большой серый кот, ложится на ковёр и, мурлыча, принимает самые беззаботные позы. Отлегло у нас от сердца, ибо невольно думалось, что если даже домашние животные чувствуют себя в покоях владыки спокойно, то тем более окружающие его и встречающиеся ему люди должны были чувствовать себя так же. Значит, со всеми ласков владыка, и нам нечего попусту страшиться его. И действительно, владыка, вышедший к нам вслед за упомянутым животным, обошёлся со всеми нами кротко, приветливо, просто и добродушно, внимательно и участливо выслушивая просьбы», — вспоминал о святителе протоиерей Николай Князев.

 

«Архипасторям» и «пасторям»

Один из самых трудных моментов в понимании личности патриарха Тихона (и то, что нередко ставится ему в вину церковными публицистами), — это его так называемое «Завещательное послание». Оно было опубликовано через неделю после смерти патриарха, 15 апреля 1925 года, в газетах «Правда» и «Известия». Религиозная публицистика давно разобрала текст на цитаты:

— «призываем всех возлюбленных чад богохранимой церкви российской в сие ответственное время строительства общего благосостояния народа слиться с нами в горячей молитве ко всевышнему о ниспослании помощи Рабоче-Крестьянской власти в её трудах для общенародного блага»;

— «молим вас со спокойной совестью, без боязни погрешить против святой веры, подчиниться советской власти не за страх, а за совесть»;

— «не питать надежд на возвращение монархического строя и убедиться в том, что Советская власть действительно — Народная Рабочая Крестьянская власть, и потому прочная и непоколебимая»…

Текст «Послания» режет глаз и советской орфографией (написанием слов «ЦЕРКОВЬ», «БОГ» со строчных букв, а «РАБОЧЕ-КРЕСТЬЯНСКАЯ», «СОВЕТСКАЯ» и пр. — с прописных), и своеобразной смесью синодальных и большевистских канцеляризмов. Но главное — в этом тексте чётко заявлена примирительная позиция Святейшего по отношению к советской власти, готовность подчиниться ей «не за страх, а за совесть».

Послание называет советскую власть не только данной Богом, но и «искренне приветствуемой» патриархом. Говорит о возношении молитв «о ниспослании благословения Божьего» на советскую власть. Духовенство и миряне, участвующие в любой антисоветской деятельности, решительно осуждаются в этом тексте и призываются к покаянию.

Большинство историков, в том числе представителей Церкви, склонны считать, что данный текст патриарх Тихон написал под давлением властей. Что на такой шаг он пошёл ради спасения вверенной ему паствы от преследований со стороны большевиков. Тем самым и известная «Декларация» митрополита Сергия (Страгородского) от 1927 года, приветствующая советскую власть от лица Церкви («её успехи — наши успехи»), рассматривается как «продолжение линии патриарха Тихона» в плане церковно-государственных отношений.

И всё же в опубликованном советскими газетами тексте много того, что заставляет задуматься о его принадлежности патриарху. В частности, обращает на себя внимание написание слов: «архипасторям», «пасторям»… Мог ли такой текст быть составлен церковным человеком, не говоря уже о патриархе?

Вопросом подлинности «Послания» патриарха Тихона детально занимался современный церковный историк Дмитрий Сафонов (в 2004 году он защитил кандидатскую диссертацию «Патриарх Тихон и советская власть: к проблеме государственно-церковных отношений в 1922-1925 гг.»). Он убедительно доказывает, что текст «Послания», опубликованный в советских газетах, не был подписан патриархом Тихоном.

Патриарх незадолго до смерти и в самом деле написал послание к пастве, однако в следственном деле оно не сохранилось. О том, что подлинное послание действительно было, свидетельствует характеристика, сделанная одним из сотрудников ГПУ, возможно, самим Е.Тучковым, которая подшита к делу. Судя по пересказу тихоновского текста, который приводится в этой характеристике, он имел очень мало общего с тем документом, который от имени патриарха был опубликован 15 апреля 1925 года.

Так, общий смысл первой части патриаршего послания выражен сотрудником ГПУ следующим образом: «Советская Власть терпима только как попущение Божие». В опубликованном варианте это положение отсутствует. Далее, судя по характеристике ГПУ, в подлинном тексте патриарха имелись слова, в которых было «художественно, в артистически тонких намёках упомянуто о приниженном состоянии церкви, при царе главенствовавшей, а ныне сравненной со всякими обществами, члены коих „могут веровать во что угодно“». Причём сотрудником ГПУ отмечалось: «Намеренно вульгарные отношения здесь оттеняют презрительно нетерпимое отношение к самому духу Сов. Власти и соврежима». Очевидно, что в опубликованной версии «Послания» ничего подобного нет.

Один из первых снимков святителя Тихона в сане патриарха.

Также, судя по характеристике ГПУ, в подлинном патриаршем тексте совершенно иначе трактовалась позиция патриарха в отношении церковно-приходских советов. Согласно опубликованному тексту «Послания», в состав церковно-приходских советов патриарх советует выбирать людей, «искренно расположенных к советской власти». В то же время, согласно характеристике ГПУ, Тихон писал о людях, искренно настроенных не допускать никаких компромиссов в области внутренней церковной жизни. Таким образом, и в этом вопросе патриарший текст был заменён на текст, выгодный властям.

В целом, по словам автора характеристики, в подлинном «Послании» святителя было проявлено «презрительно нетерпимое отношение к самому духу Сов. Власти и соврежима». Закономерно, что подлинное послание патриарха намеренно не было подшито в дело, так как являлось доказательством того, что послание от 7 апреля не было подписано Тихоном.

Известно, что в последние дни жизни Святейшего Тучков отчаянно пытался склонить его к подписанию выгодного советским властям текста. Переговоры Тучкова с патриархом происходили во время визитов Тучкова в больницу, а также при посредничестве митрополита Петра (Полянского). Врач Бакунина сообщала, что перед посещениями Тучкова, которых было несколько, Патриарх волновался, но старался шутить, говорил: «Вот завтра приедет ко мне „некто в сером“»… Лишь неожиданное известие о смерти патриарха сделало работу Тучкова по «обработке» его ненужной и позволило ГПУ запустить в печать не согласованный с патриархом вариант «Послания».

По всей видимости, тот текст, что был опубликован в газетах после смерти святителя, всё же был ему показан, и, скорее всего, митрополитом Петром. Однако, как показывает Дмитрий Сафонов, патриарх этот текст решительно отверг. Так, в деле имеется копия «Послания», которая имеет очень незначительные расхождения с опубликованным 15 апреля вариантом. По тексту сделана карандашная правка, и той же рукой текст перечёркнут крест-накрест.

«Нужно отметить, что, судя по документам 6-го отделения, ни Тучков, ни кто-либо из работников ГПУ не пользовались карандашом для исправления документов, — пишет Дмитрий Сафонов, — поэтому карандашная правка не могла принадлежать этим лицам. Карандашная правка, по всей видимости, принадлежит Патриарху либо митрополиту Петру, перечеркивание текста означает его непринятие. Вероятно, что именно с этим документом ездил митрополит Пётр к Патриарху».

В подлинность опубликованного газетами «Послания» патриарха не верили и современники. «Решительно никто в Москве не хотел поверить, что Патриарх подписал его добровольно и собственноручно, — вспоминает врач Эмилия Бакунина, — текст был написан не им, но на подлинности подписи газеты настаивали». В воспоминаниях Бакуниной содержится характерное наблюдение: «Странно было то, что в одной газете при подписи стояла пометка „Донской монастырь“, а в другой „Остоженка“».

Эту коллизию также разрешают историки. Так, по мнению Дмитрия Сафонова, подлинное послание было написано в период со 2 по 4 марта 1925 г., то есть после выхода патриарха из больницы. Текст был составлен в Донском монастыре, где патриарх проживал в эти дни и где совершал ежедневные богослужения, — соответственно, именно этот монастырь был указан в подписи. С этой подписи в ГПУ была сделана факсимильная копия, она и была помещена в ряде газет под фиктивным «Посланием» от 7 апреля, когда патриарх, как известно, находился в больнице на Остоженке.

 

Сапоги от рабочих

Пожалуй, самые пронзительные воспоминания о патриархе Тихоне составлены теми его современниками, кто не был посвящён в тонкости церковно-государственных отношений тех лет и просто видел в Святейшем гонимого пастыря Церкви Христовой.

Анастасия Цветаева в своих воспоминаниях («О чудесах и чудесном») уже в 1990 году вспоминала, как они с сыном ходили к Донскому монастырю — поддержать заключённого патриарха Тихона.

Святой патриарх Тихон в заточении в Донском монастыре.

«Тогда Патриарх Тихон находился в Донском монастыре (Москва), — пишет Анастасия Цветаева, — в не совсем понятном для его паствы положении, но в определённые часы дня он выходил на прогулку по длинному возвышению над двором, — и верующих, приехавших увидеть его, он обходил сверху — благословлял. Вот и я с моим тогда десятилетним или одиннадцатилетним сыном поехала в Донской монастырь. Мы (москвичи) не знали, как Патриарха кормят, и кто мог, старался что-нибудь привезти ему: годы в стране были нелёгкие, после гражданской войны, революции и разрухи, начинался, должно быть, НЭП (новая экономическая политика, введённая после голода Лениным). Потому я (после лет, когда мы с сыном питались подолгу сушёной картошкой — живые овощи были недостижимым лакомством) раздобыла где-то 400 грамм сахарного песку.

А ещё, не зная, как Патриарх там живёт, есть ли у него иконы, я взяла с собой цветную, на картоне — 30×20 сантиметров, икону Божьей Матери с Младенцем, за Её плечом была даль и, мелко — Голгофа, три креста, осиянные светом.

Двор был полон народом. Я передала икону вместе с мешочком сахару, радуясь его радости этой иконе. Но… разочарование, огорчение! Мне вернули икону. Но в одно мгновение огорчение стало — счастием! На обороте, на картоне было написано: „БЛАГОСЛОВЛЯЮ. Патриарх Тихон“.

Сын Андрей тянул икону к себе. Я прикладывалась, приложился за мной и сын. Он держал икону, к нам шли люди и, один за другим, в очередь, люди прикладывались — под подписью, и смотрели на икону Божьей Матери, которую держал мальчик с детской чёлкой русых волос, серыми большими глазами, правильными чертами и радостью на лице. Он был похож на отрока Варфоломея (с картины Нестерова), которому было видение ангела в образе старца. Икона эта была у меня цела до часа моего ареста в 1937 году».

Врач Бакунина рассказывала, что, когда патриарх был в больнице на Остоженке, верующие люди со всей Москвы выражали ему свою поддержку: «В приёмной была всегда толпа, которую приходилось убеждать дать больному покой. Дважды приходили к нему депутации от рабочих фабрик, бывшей Прохорова, и какой-то другой. Приносили ему подарки. Рабочие поднесли ему пару хороших сафьяновых сапог на белом кроличьем меху, в которых позже он всегда выезжал на церковные службы и которыми очень гордился. В морозную зиму эти сапоги были для него действительно спасением. От другой рабочей депутации он получил церковное облачение».

По словам врача, по смерти святителя Тихона сотрудники ГПУ изъяли из его палаты многочисленные подарки от верующих: «Когда тело Патриарха увезли, его комната была опечатана. Несколькими днями позже приехал Тучков и в присутствии администрации лечебницы и митрополита Петра произвёл опись вещей. Среди вещей были найдены 4000 рублей, которые Тучков взял со словами: „Они нам пригодятся“. Это были деньги, собранные прихожанами и отданные Патриарху. Лежали они в корзиночке около кровати, и Патриарх говорил мне про них: „Вот хотят прихожане устроить мне домик, собрали деньги. А то в монастыре помещение низкое, тесное и очень неудобное. Как соберётся много народу — дышать нельзя“. Любимые сапожки Патриарха, подарок рабочих, взял себе митрополит Пётр».

Как вспоминала Бакунина, в день похорон патриарха Тихона, несмотря на опасность преследований, люди нескончаемым потоком шли проститься со Святейшим, причём среди них были представители всех сословий: «В Донском монастыре, где тело Патриарха было выставлено в течение четырёх дней, днём и ночью толпился народ. Живая очередь запрудила всю Донскую улицу. В день похорон к монастырю лился людской поток почитателей покойного, и были в толпе люди всех классов и возрастов. Самый монастырь был чёрен от людей: был занят весь двор, лестницы, приступки, ниши стен».

В то же время, по словам Бакуниной, в советской печати была представлена совершенно обратная картина: «В газетах о смерти Патриарха была напечатана маленькая заметка петитом среди остальной хроники. Было сказано, что похороны Патриарха привлекли мало публики, причём бросилось в глаза «полное отсутствие среди этой публики рабочих и крестьян»».

 

«Саккос Патриарха Тихона»

Характерно, что, несмотря на то, что для советских людей патриарх Тихон был человеком совсем недавнего прошлого, для многих в буквальном смысле современником, об истории его жизни и смерти в советскую эпоху бытовало множество заблуждений и слухов. Относительно многих вещей ошибочные представления были даже у высшей церковной иерархии.

Например, вопрос о святых мощах патриарха на соборе 1989 года даже не ставился: все участники собора были уверены, что никаких мощей не существует, так как в 1930-е годы прах Святейшего был вывезен из Донского монастыря и уничтожен.

Храм святителя Тихона в Донском монастыре.

«Все были уверены, — рассказывает археолог Сергей Беляев, — что место, которое в Малом соборе Донского монастыря обозначено как могила, — не что иное, как просто обозначение места, где Патриарх был когда-то погребён. Потому что были свидетели того, как в одну из зимних ночей в начале 30-х годов от Малого собора Донского монастыря в сторону крематория отъехали сани с гробом».

С этим связана и история о «саккосе патриарха Тихона». Так, в 30-е годы на плечах обновленческого митрополита Александра Введенского появился зелёный саккос. Кто-то из «тихоновцев» предположил, что это тот саккос, в котором был погребён Святейший Тихон. Поэтому после кончины Введенского саккос был приобретён Святейшим патриархом Алексием I, отреставрирован и помещён в церковно-археологическом кабинете Московской духовной академии. Принадлежность облачения патриарху Тихону подтверждала соответствующая надпись на музейной витрине…

«Мнение, будто тела Патриарха нет в могиле, было настолько стойким, что даже митрополит Николай (Ярушевич), служивший панихиду по святителю Тихону в Малом Донском соборе в 1948 году, сказал после окончания службы: «Мы молились сейчас только над могилой Святейшего, тела его здесь нет», — вспоминает архимандрит Тихон (Шевкунов) (его рассказ опубликован в «Московском Церковном вестнике» в 1992 году, № 4 (70)).

Патриарх Алексий II у склепа с мощами святителя Тихона.

Мощи святителя Тихона были обретены только в результате случайного совпадения. Так, в 1991 году в Малый собор Донского монастыря была брошена бутылка с зажигательной смесью. Собор серьёзно обгорел, была вскрыта большая часть пола. Тогда-то на дне трёхметрового склепа археологами и был обнаружен дубовый гроб с мраморной доской: «Святейший Тихон. Патриарх Московский и всея России».

«Это случилось 17 февраля 1992 года в 23:15, — вспоминает Сергей Беляев. — Я позвонил Патриарху Алексию. Он был в Чистом, где проходило заседание Священного Синода. Сообщил, что гроб Святейшего Патриарха Тихона в полной сохранности находится на своём месте. Он помолчал довольно продолжительное время. Спросил: «А Вы в этом уверены?» Я ответил: «Да, Ваше Святейшество. Вы можете тоже быть в этом уверены, если приедете». Пауза была уже короче. Святейший сказал: „Хорошо“. И в 00:15 Патриарх Алексий прибыл. После того как он всё увидел, он поздравил братию, поблагодарил всех, кто участвовал в обретении».

В настоящее время рака с мощами святителя Тихона находится в Большом соборе Донского монастыря, слева от Царских врат. В монастырской келье, где жил святитель, недавно был создан дом-музей. В нём хранятся оставшееся нетленным облачение, в котором был погребён патриарх Тихон, а также фотографии, документы, личные вещи патриарха.

Келья патриарха Тихона в Донском монастыре.

Анастасия Коскелло

Портал «Православие и мир»

Оставить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели